Уникальные учебные работы для студентов


Эссе стыд и совесть что это

Соловьев; ради краткости и простоты я не указываю тут своих с ним точек соприкосновений и пересечений, о чем и предупреждаю читателя. Итак — Стыд В первом приближении, это страх уронить, умалить. В первом приближении, это страх причинить зло, — зло другому.

Это страх за свое место среди других, за свое относительное, но святое для тебя социальное достоинство; эссе стыд и совесть что это наделяет тебя общество и блюсти его в чужих глазах — твой моральный долг.

Если ты ставишь себя выше, чем ставят тебя все другие, то лучше скрывай это, чтобы не стать смешным; но еще хуже — если не собственная персона, а собственный суд для тебя выше общего суда: Это страх за душу, за абсолют своего личного достоинства; ведь такое достоинство включает в себя мораль, требует, чтобы твои дела удовлетворяли твоему собственному суду об истинно должном, о добре.

Причем мнения других и даже общее мнение имеют для совести лишь совещательные голоса, приговор себе выносишь ты. Чувство стыда, таким образом — это тягостное ощущение своей, так сказать, неправильности, несоответствия приличной положению Норме. Покуда для человека добро не значит ничего иного, как послушание нормам устоям, традициям эссе стыд и совесть что это стыд есть и его совесть.

Угрызения совести — чувство своей вины, вины перед самим Добром. Можно сказать еще, что стыд — до зарождения в нем совести или независимо от нее — это страх предосудительно выглядеть, страх общего в особом случае, кого-то и одного, кого сам ценишь презрения. Это — суд чужими глазами; страх о форме, о внешнем. Это — суд в своих глазах; страх забота о подлинном, внутреннем. И здесь важно заметить: Зло — категория широкая, но если искать подлинного и бесспорного зла в собственных делах — не ошибешься, если начнешь со зла реального вреда кому-то другому.

Подлинное ведь запрашивает о реальном. Потому и совесть — с этого я начал — страх зла другому. Да, — стыдливости зло не так уж и противопоказано. Стыд может и воспрещать человеку то, чего совесть прямо требует… Зла, самого по себе, не стыдно — оно может вызывать и священный трепет, — стыдно зла пойманного за руку, наказанного, — оказавшегося, значит, слабым… Да, — совестливости не так уж редко выпадает доля терпеть общее презрение.

Совесть может стыдного и прямо требовать… Позора, самого по себе, не совестно — Христос тоже был опозорен, — а если уличено и опозорено действительно не добро, а зло, то зло это уже несет наказание, что совесть эссе стыд и совесть что это облегчает.

Высший судья в вопросе стыда — другие, перед кем стыдно, — и только в том, что доступно их взгляду. Твоего же подлинного я, скрытого от взоров, стыд в принципе не судит, души в принципе не затрагивает. С душой тут обстоит точно так же, как с телом, с физиологией: Это значит, что высшая судебная инстанция в вопросах добра эссе стыд и совесть что это зла в моих делах — моя же совесть, — сам индивид.

Внутренний взор рассеивает кажущееся, проникая все глубже и глубже в душу, в интимное. Так что сама гордость может граничить с бесстыдством… Сделать добро осуждаемое и презираемое, ценой того, что сам будешь выглядеть смешно или жалко — вот подвиг совести и достоинства. Бессовестного дела можно еще и стыдиться, и прятать глаза — уже от стыда. Физиологической реакции совести посторонним наблюдать трудно, но она есть: Это и правда страх — души, вдруг ощутившей себя в западне.

И не обязательно только себя: Кстати, заботиться о том, чтобы каждый знал стыд — дело общее, и твое эссе стыд и совесть что это. И какою мерою мы мерим всем другим, такою, как минимум, совесть мерит нам, это — пытка, которую мы сами себе избираем; судить — совестно.

Что делать в стыдной ситуации? Ведь все дело не в эссе стыд и совесть что это, а именно в виде само существо для стыда — в виде. А если — как с гуся вода, то общее мнение, завороженное, отступает: Туда, где тебя не знают. Как избавиться от угрызений совести? Раскаиваться — значит страстно желать исправить.

Но, увы, всего чаще именно это и невозможно. Если не можешь стыд презирать, то уж никак не заговоришь его, — как и боль. Стыд не прощает разве что заставив смириться с презрениеми к боли нельзя до конца привыкнуть.

Но когда боль проходит, о ней и вспомнить трудно, и от стыда можно спрятаться — пусть не забыть, но больше не думать.

Совесть и стыд

Самое болезненное сочетание — стыд и страдание тут уж довольного вида не сделаешь. Две страсти в нас, будь они сильнее или слабее, но — как бы сказать — не знают умиротворения: Совесть не прощает, жалость не обретает катарсиса. В самом эссе стыд и совесть что это, как добьешься от себя согласия на свой порок и чужую боль? Потому, самое болезненное сочетание — совесть и жалость; совесть, осложненная жалостью и непоправимостью… Воспоминания о прошлом стыде — перед умершим — остаются, конечно, неприятными, но все же такой стыд — прошлый, его уж.

Хотя, думаю, изначально тут имелись в виду лишь те понятные обстоятельства, что связаны с погребальными приготовлениями. Но есть и еще. Вечное проклятье — дело все- таки исключительное, вообще же жизнь и смерть равномасштабны совести, умершему отпускает даже совесть. Стыдно быть не обидчиком, а обижаемым, не напасть, а быть побитым.

Правда, напасть и получить сдачи вдвойне стыдно: Совестно, конечно, быть обидчиком, а не обижаемым; совестно нападение, но не поражение.

А если уж напал, успокоить совесть только поражение и. Стыд — чувствование социальное. Это ответственность за себя перед миром. Что и значит как ни парадоксально — что стыд эгоистичен. Ему ведь важно, как мир обернется к тебе, и жертвами, которые он заставляет приносить миру и его суду, рассчитывает снискать его милости. Совесть — чувствование индивидуальное. Это ответственность за мир перед эссе стыд и совесть что это.

Что и значит парадоксально и эссе стыд и совесть что это очевидно — что совесть альтруистична. Совесть не жаждет снискать тебе ничьей благодарности, не жаждет ничего выгадать и не окупается, а — стоит, требует от тебя жертв.

Стыд, как сказано, касается того, что — по форме, условно. Безобразие в приличной форме есть приличие; принятыми средствами можно добиваться любой, какой пожелаешь, цели; намерений стыд не судит. Стыд — это послушание и служение заповедям и нормам как сакральной условности, стоящей между Я и его делами.

Совесть, как сказано, интересуется тем, что поистине, безусловно.

Чувство вины, стыд и совесть

Этикет для нее — или загадка, курьез, или глупая пародия на этику. Потому и коллизий для стыда нет: Такая судьба… …Совесть занимает безусловное. Так, боль, причиненная другому, измеряется для нее не относительным достоинством последнего, а самой этой болью… Но потому же совесть вечно в коллизии: Неважно, чего ты на самом деле эссе стыд и совесть что это, неважно и то, стало ли от твоего поступка кому-то хуже или.

Важно не что, а как, важна — форма. Совесть судит душу, самое твою субъективность, добивается от нее внутренней честности, и потому не дает упрятаться от правды — от объективности.

Ничего не важно, кроме того, делал ли ты кому-то хуже или. Формальное требование по-своему абсолютно: Положенное отдай, и чист. Стыд нормативен; нормы авторитарны. Неформальное требование по-своему абсолютно: Совесть — автономна и ситуативна.

  • Формальное требование по-своему абсолютно;
  • Они же сказали ему;
  • Безобразие в приличной форме есть приличие; принятыми средствами можно добиваться любой, какой пожелаешь, цели; намерений стыд не судит;
  • В молодости он предал своего командира, сдав его немцам;
  • Я думаю, мнение окружающих людей также обычно не оказывает особого влияния на наличие у отдельного человека совести.

Со стыдом бесполезно препираться. И потом, зло архаичному человеку, хотя бы, понятно — это вышедшая за границы дозволенного алчность эгоизм ; но добро-то для стыда есть послушание, а что такое быть правильней правильного? Какая-то жалкая претензия, смешная стыдная глупость… Эссе стыд и совесть что это с совестью можно и нужно, совесть и есть — со- ведение, рефлексия.

Совесть знает не всю полную моральную правду, а лишь то, что ты сам, по правде, думаешь; совесть — еще не закон, а честный судья, — закон же и может и должен совершенствоваться.

27 комментариев

Не надо пытаться подкупать судью, себя не обманешь. Но думать, что по правде добро и зло — тот же долг совести. Жалости стыд не знает. Ведь сострадание ставит с жалким на одну доску… Не знает стыд, конечно, эссе стыд и совесть что это справедливости. Если можно стыдиться, скажем, незнатного происхождения в чем нет личной виныа знатным гордиться без личной заслуги — то какая уж тут справедливость!

Нет сомнения, что подлинный кодекс совести, к которому она должна прийти когда-нибудь в каждом — человечность: Жалость же — это инстинкт ценности жизни, непосредственное чувство добра и зла. Поскольку же добро приходится взвешивать чтобы пользой одному не вредить другомуего необходимый спутник — справедливость.

  • И такое, конечно, есть;
  • Ибо искусство благопристойности может бесконечно усложняться и выходить за рамки того, что можно уложить в запоминающиеся и четкие, формализуемые правила;
  • Счастливый человек всегда предъявляет по отношению к себе высокие требования.

Стыд судит формально, значит a priori. Правда, если человек решится-таки на стыдное дело, его собственная реакция может и отличаться от той, какой он от себя ожидал: Совесть, увы, не столько направляет, сколько судит — post factum. Эссе стыд и совесть что это придаешь своим проступкам меньше значения, чем потом обнаруживает в них совесть.

Ведь видишь в первую очередь все то, что хочется и что легко видеть — формальные обстоятельства, увольняющие от ответственности. Совесть же, у которой в запасе вечность, восстанавливает полную живую картину, формальное предстает призрачным, и явным становится все, что ты мог бы сделать и не сделал… Но более интересный случай — когда совесть находит ошибку после какого-нибудь вполне осознанного акта: Так восстает в эссе стыд и совесть что это попранная нами, ради идеи, человечность.

Но, кажется, иногда и архаика тоже… …Впрочем, есть случай, когда стыд настигает, подобно совести, и после проступка — как похмелье.

VK
OK
MR
GP